«Мы за Русский мир, за братство народов»

2026 год в нашей стране объявлен Президентом России Владимиром Путиным Годом единства  народов России. Дружба народов, взаимное уважение и взаимовыгодный и плодотворный культурный обмен – вот магистральный путь развития нашего многоликого, богатого вековыми обычаями и традициями Отечества. Единственный путь! Раздор ,взаимная вражда  угрожают самому существованию России – общего дома для почти двухсот наций и народностей, собранных воедино на пространстве веков и организованных  для движения в будущее русским народом и государством.

Сегодня мы начинаем цикл публикаций, призванных напомнить о традициях добрососедства, близких, зачастую семейных, отношениях представителей разных наций и культур у нас в Родниках. О тех, кто в разное время приехал в наш район из  национальных республик и краёв и обрел здесь второй дом. И первый наш рассказ об интернациональной семье Хамракуловых ­ представителях православного духовенства, которые недавно прибыли к нам из Донбасса и поселились в селе Филисово. Протоиерей Сергий Хамракулов сейчас исполняет обязанности настоятеля местного Введенского храма. А его супруга, матушка Вера во всем ему помогает, занимается домом и приусадебным хозяйством.

Отец Сергий Хамракулов за своё жертвенное служение Православной Церкви, идее единства братских украинского и русского народов уже в России награждён государственной и церковными наградами. Георгиевскую ленточку — символ борьбы против национализма — он теперь носит не таясь и с особой гордостью, с гордостью участника этой героической борьбы

Потомок помещика, православный,  сторонник России

 «Мы приехали из Лисичанска Луганской области, что на Донбассе, это территория нынешней Луганской народной республики, – начал своё повествование отец Сергий. – Я родом из самого города, а матушка родилась и выросла рядом, в сельской местности. Мой прадед по материнской линии в своё время приехал из России. Звали его Антон Шаповалов, и был он многодетным помещиком, отцом десятерых детей. Одна из его дочерей – моя бабушка. Когда произошла Октябрьская революция, прадед добровольно сдал государству землю, все хозяйственные постройки и скот. Остался ни с чем. А большую семью надо было кормить. И он вместо лошади стал сам впрягаться в телегу и возить грузы, но вскоре надорвался, заболел и умер. Его дети разбрелись по всему Советскому Союзу. Большинство осело в Крыму, Одессе, а моя бабушка и её сестра остались в Лисичанске. Тут появилась на свет моя мать. Её отец, мой дед, был офицером, участником Великой Отечественной войны.  Он пропал без вести под Севастополем. А мой отец – таджик. Служил в Советской армии в ракетной части недалеко от Лисичанска.  Они встретились с мамой и полюбили друг друга, поженились, но прожили недолго. Когда мне было три года, развелись. Отец уехал в Таджикистан. Его родители были против женитьбы на русской, против их брака. Когда он вернулся, они нашли ему новую жену, таджичку. Меня воспитывала мама. Она сначала работала в Лисичанске на шахте, потом много лет, до самой пенсии – на железной дороге. Получила звание заслуженного железнодорожника.   Мама и бабушка воспитали меня в православной традиции, поэтому уже лет в пять я принял крещение.  Став взрослым, много читал духовной литературы, изучал основы Православия, учение отцов Церкви и стал священником. Служил у себя на родине. Начал строить храм Святой Троицы в п. Берёзово под Лисичанском, но так и не достроил – помешали события 2014 года. Националисты начали охоту на тех, кто поддерживал идеи Русского мира. А мы с матушкой были настроены пророссийски, и нам стали угрожать. Дошло до того, что пришлось уехать из родных мест, взяв с собой только  то, что было необходимо и влезло в машину».

Верная спутница из казачьего роду

 Отец Сергий и матушка Вера в своём доме в Филисове. Этот дом стал для них тихой пристанью после пережитого на Донбассе.

«Я родом из простой семьи. Мама была русская, а отец украинец, казак, ­ вступает в разговор матушка Вера. ­  Окончила сельскую школу. Работала в Лисичанске сначала на швейном производстве, потом заведовала фильмотекой в районо. Моя мама была очень верующей: я помню, как она молилась на коленях перед иконами, как отвешивала земные поклоны. А я – воспитанница советской школы – с удивлением смотрела на неё и говорила: «Мама, ты чего? Бога нет!» И мама на секунду отвлекалась от молитвы, делала большие глаза и грозила мне пальцем – мол, не говори так и не мешай. Присутствие Бога в своей жизни я по­настоящему ощутила только когда оканчивала школу. Нужно было сдавать экзамен, которого я очень боялась – не всё удалось как следует выучить. И вот я, вспомнив, как это делала мама,  искренне, от всей души помолилась и удивилась результату: экзамен прошёл как по маслу. Настолько хорошо ответила на все вопросы билета, что даже у грозной проверяющей из роно не нашлось, к чему придраться, какой дополнительный вопрос задать. И я мысленно горячо поблагодарила Господа за поддержку. Как же я тогда была счастлива! А по­настоящему  пришла к вере уже вместе с отцом Сергием. Мы познакомились в больнице, где вместе лечились от проблем с желудком. Поженились, зажили семьей. Завели свой дом, родили сына и дочь. Жизнь текла размеренно и гладко, но всё равно чего­то не хватало, была какая­то душевная пустота, которую требовалось заполнить. И мы начали потихоньку воцерковляться: читали Библию, святое Евангелие, ходили в храм, учились жить так, как подобает православным христианам. И мой муж выбрал путь церковнослужителя – его рукоположили в священники, сделали настоятелем прихода. Я не препятствовала, во всем его поддержала и продолжаю поддерживать. Дети, которые к тому времени уже подросли, тоже одобрили наш выбор. И всё бы было хорошо, если бы на Украине не поднял голову национализм, не начались гонения на Православие». 

Противостояние укронацизму и отъезд в Россию

«Мы, наша семья, всегда были за Россию. Считаем, что русские и украинцы – один народ, ­ объясняет свою общественную позицию отец Сергий. – Но к середине второго десятилетия XXI века на Украине  брат пошёл на брата: поднял голову национализм, который искусственно подогревался и взращивался определёнными силами. Донбасс сопротивлялся этому, и я в том числе. Поэтому стал неугоден, началось давление. В село, где мы жили, где строился храм, зачастили эмиссары националистов. Склоняли перейти в раскольническую Украинскую православную церковь. Мы провели голосование – прихожане высказались за то, чтобы остаться в составе Русской Православной Церкви. Тогда националисты в открытую стали угрожать мне и моей семье расправой. Мы ждали, что Россия вмешается, защитит нас с 2014 года – на Донбассе творились страшные вещи: грабежи, убийства, насилие. Люди начали бороться против националистов с оружием в руках. Нас, священников Русской Православной Церкви, киевские власти приравнивали к ополченцам, хотя мы всегда призывали к миру и не брали в руки оружие. В 2022 году, когда ситуация обострилась до предела, Россия начала специальную военную операцию. СВО началась в феврале, а в начале года Зеленский во всеуслышанье объявил, что  8 Марта встретит в Луганске, возвращённом под протекторат Украины военным путём. Не вышло. Но мы, жители, пережили ужасные дни. К нам, например, трижды приходили солдаты  и сотрудники Службы безопасности Украины. Делали обыски, издевались,  трижды пытались выселить, заставляли уехать в глубь Украины, в г. Днепр (бывший Днепропетровск). Мы держались: не поддавались запугиванию. Тогда нас начали бомбить, обстреливать из миномётов. ВСУ специально били по жилой застройке. По нашему дому тоже были попадания. Одна из мин залетела и разворотила спальню. Чудом никто не пострадал. Тогда мы спустились в подвал под недостроенным храмом и жили там около пяти месяцев. Вместе с нами были некоторые наши прихожане. Служили молебны – просили, чтобы Господь уберёг нас от гибели. Верили: если искать небес, то Бог поможет нам и в земной жизни. И спасение пришло: Лисичанск освободили бойцы чеченского батальона.  Русские ребята, что служили в этом батальоне, пришли к нам в подвал и говорят: «Батюшка, уезжайте отсюда, мир ещё не скоро здесь будет». Я не думал уезжать: у нас был не только приход, но и хозяйство – держали барашков.  Этих барашков мы отдали нашим освободителям на мясо, а сами погрузились в свой легковой автомобиль и отправились в Россию. С нами была  дочь с маленьким внуком, который очень боялся грохота обстрелов, а они стали постоянными. Я чувствовал себя плохо – как потом выяснилось, перенёс на ногах инфаркт. Когда мы оказались в России, мне сделали операцию на сердце. И я до сих пор нахожусь под наблюдением докторов».

«С этим краем мы уже успели сродниться»

 Устроиться в России Хамракуловым помог их добрый знакомый Владимир Смаглов ­ священник храма в с. Батманы Кинешемского района. Они вместе с отцом Сергием в своё время получали высшее богословское образование. В 2014 году отец Владимир вынужден был бежать из г. Изюм, спасаясь от преследований националистов. И в ноябре 2022 года Хамракуловы приехали к нему, в с. Батманы. А потом отец Сергий, оправившись после операции, получил благословение Владыки Кинешемского и Палехского Илариона и назначение в Введенский храм в селе Филисово.

Нового настоятеля и его семью – беженцев из Донбасса, и власти, и жители приняли радушно. Глава администрации Филисовского сельского поселения  Елена Лапшина помогла быстро оформить все необходимые документы и обустроиться в доме, предоставленном епархией. Она сама и неравнодушные сельчане, что называется, с миру по нитке, помогли обставить дом, собрали недостающую утварь, бытовую технику, постельное бельё и необходимые вещи – у Хамракуловых практически всё нажитое осталось на родине, потому что покидали её, можно сказать, в спешном порядке. Благочинный протоиерей Андрей Ефанов и его супруга, матушка Наталья пожертвовали овощи со своего огорода и домашние заготовки. Сейчас Хамракуловы уже обжились на новом месте: навели уют в доме, возделывают огород, подружились с соседями и познакомились со многими односельчанами.

 «На первой моей службе народу было много, ­ делится впечатлениями от нового места службы отец Сергий. – Потом я узнал, что это только по праздникам, а в будние дни в храмах прихожан мало. Ходят, в основном, пожилые. Но мы не отчаиваемся, стараемся постепенно приобщать людей к жизни Церкви. И уже есть некоторые подвижки. Прихожан стало немного больше. К нам теперь ездят несколько молодых семей из Родников,  Луха и Вичуги. Есть свой староста и пономарь, который, даст Бог, скоро станет дьяконом. Начали занятия в воскресной школе. Нам нравится в Филисове, и мы с удовольствием остались бы здесь насовсем. Всё необходимое для жизни у нас есть – спасибо главе администрации Елене Николаевне Лапшиной и жителям села, благотворителям, которые помогали и помогают нам и словом, и делом. Сейчас меня беспокоят только проблемы со здоровьем – предстоит еще долгое и тяжёлое лечение. А ещё, что Владыка из Лисичанска отпустил меня сюда не насовсем, а как бы в командировку, временно. Если он всё­таки благословит меня жить и служить здесь, в России, то я останусь в Филисове, с которым и я, и мои близкие уже сумели сродниться».

 Ольга Ступина