«Мой дядя защищал Сталинград и Ленинград»

Любой народ силён не только материальным благополучием, но и памятью о прошлом, о своих героях.  К чему приводит забвение  истории и её уроков, мы наглядно видим на примере многих западных политиков, которые словно соревнуются в попытках исказить причины, ход и итоги Второй мировой войны, принизить роль советского народа-­победителя. Что мы можем противопоставить этому псевдокультурному и антинаучному шабашу? Только свет памяти и исторической правды. И заглянуть надо, прежде всего, в семейный альбом – рассмотреть фотографии военных лет, показать их детям и внукам  и напомнить, что «нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой». И попытаться как можно больше узнать об этом герое, а, скорее всего,  о многих героях фронта и тыла, с которыми связывает вас кровное родство.

2 февраля мы отметили годовщину окончания крупнейшего сражения Второй мировой и Великой Отечественной войны – Сталинградской битвы. Вот какой интересный материал о защитнике города на Волге  принесла к нам в редакцию родниковка Маргарита Ивановна Гречушникова.

«В нашей семье воевали трое:  мой папа, Иван Яковлевич Гречушников,  и два его родных  брата – старший Дмитрий и младший Сергей, который  был тяжело ранен под Ленинградом и умер в госпитале от ран 4 апреля 1944 года, ­ рассказывает Маргарита Ивановна. – Погибшего Сергея я хорошо помню, хоть была совсем маленькой: в 1942 или 1943 году он приезжал с фронта в командировку  на мехзавод комбината «Большевик» за каким­то военным заказом.  У нас сохранилась его военная фотография, на которой знаки различия, как мне сказали, говорят о том, что он служил в какой­то технической части – вроде бы по ремонту танков.   Но в документах о гибели значится: «младший лейтенант, командир  стрелкового взвода 863 стрелкового полка 163 стрелковой дивизии».

Сергей Яковлевич Гречушников

Незадолго до войны, в 1939 году, мы переехали из деревни Станки в Шуйском районе в Родники – купили дом на Слободке, на Большой  Стрелецкой улице. Сергей в нём практически и не пожил:  вскоре поступил на рабфак  Ленинградского политехнического института. И призывали его, видимо, из Шуи. Так вот, когда он приезжал в войну, то постоянно  со мной играл ( мне было всего года два с небольшим или три).  У нас в доме за печкой был узенький коридор с кроватью. Так он созоровал – решил меня напугать. Залез под кровать  и оттуда: «Гав! Гав!». Я, конечно, сначала очень испугалась, а потом поняла, что это он, и успокоилась. Этот эпизод, сильные и добрые дядины руки навсегда остались в моей памяти. Дядя Серёжа был очень молод, 1916 года рождения. У него не было своей семьи,  и с фронта он писал моей маме, своей матери, двум сёстрам и  лично мне. У меня сохранились  маленькая фотография (как на удостоверение), на обратной стороне которой он подписал: «На долгую, добрую память племяннице Рите от дяди Серёжи. Смотри и не забывай! Твой дядя – защитник Сталинграда и Ленинграда»

Есть ещё две открытки…

Продолжение читайте в газете «Родниковский рабочий» от 5 февраля.

Ольга Ступина

[SvenSoftSocialShareButtons]

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *